«Ведьмак. Час Презрения».

Записки барона Эохана Инбира (королевство Каэдвен).

II.

 

 

Утром первого игрового дня (но еще перед парадом), Хельги устроил учения для каэдвенской армии. Мы передвигались общей колонной, а затем выстраивались в линию и атаковали воображаемого противника.

 

"Тяжело в ученье".

 

Тяжелая пехота Каэдвена.

 

Дмитрий Эван - заслуженный лесоруб Каэдвена.

 

Егеря Каэдвена (РК "Топоры", Липецк).

 

Стало ясно, что лучшего военачальника, чем Хельги Римлянин («маркграф Мансфельд») нам не найти.

Однако наши военные эволюции кое-кого раздражали, поскольку из лесу вышел мой питерский знакомый Алукард - координатор по скотоелям (бригадам эльфийских партизан). Он, в лучших традициях коммунальной квартиры попросил нас не шуметь.

Демарш сей был, по-моему, непродуманным шагом, ибо неплохо замаскированное место дислокации партизан фактически пропалилось.

А наш Хельги успокоил предводителя команчей/эльфов, сказав, что мы уже заканчиваем.

Завершив учения, армия бодро промаршировала в Ард Каррайг под строевую песню: «Я великий Каэдвен. У меня огромный член!».

Затем продолжилось строительство крепости.

Сухого леса для него и дров на полигоне было много. А вот воды мало – пара грязноватых прудов. До приличного озера каэдвенцам было идти не менее часа (а обитателям иных локаций и того больше).

Вечером, после строяка, на котором я терпеливо обрубал сучья (работа не пыльная, но затратная по времени) ко мне подошла Сабрина, и, сказав, что нашему королевству необходим король, спросила: «Не хочешь ли ты им стать?». На что господин барон сказал, без ложной скромности: «Хочу».

«Мы созовем королевский совет сегодня вечером» - решила магичка.

 

Итак, после парада, вечером первого дня игры состоялся первый (и единственный) расширенный Королевский совет. На нем присутствовали:

От армии

- Главнокомандующий маркграф Мансфельд (Хельги);

- лейтенант Джаффрей – командир тяжелой хоругви;

- лейтенант Берг – командир средней хоругви (Иво Мирс – «Цикада»);

- лейтенант Кин (Юра) – командир хоругви легких егерей.

От местного дворянства - граф Джим Хокинс (министр тайной полиции) и министр финансов (назначенный Сабриной).

Плюс – сама Сабрина Глессвиг и ваш покорный слуга.

Чародейка повела речь о том, что государство не может находиться в отсутствии королевской власти, и довольно скоро предложила мою кандидатуру.

Мансфельд в ответном слове высказался, что ему нравится господин барон Инбир («человек очень хитрый»), но что король нам ни к чему. Очевидно, наш добрый военачальник опасался, что почти неизвестный ему человек, облачившись в королевскую мантию, может начать дурковать (увы,  подобных примеров мы на игре потом наблюдали немало).

Однако Главнокомандующий предложил вместо короля ввести пост канцлера.

Это было даже лучше. Барон Эохан прекрасно сознавал, что реальной власти у него все равно не будет. А король без власти – жалкое зрелище.

С другой стороны, на посту канцлера всегда найдется много работы. Особенно, если трактовать его в духе 19 века (как Министра иностранных дел).

Я выступил со своей «предвыборной программой», постаравшись развеять возможные опасения. Суть ее сводилась к следующему.

 

1. Канцлер нужен для представительских целей – чтобы было кому вести переговоры с гражданскими (и не только) властями дружественных государств.

2. Канцлер постарается проводить работу по координации между различными структурами внутри королевства (именно координация – одно из самых слабых мест на РИ).

3. Канцлер ни в коем случае не станет пытаться встревать в распоряжения Главнокомандующего относительно армии (этот пункт Мансфельд особенно одобрил).

4. Канцлер считает, что армия – соль земли каэдвенской, и станет делать все возможное, чтобы она стала сильнее.

 

После обнародования программы господин барон был избран канцлером единогласно.

 

Слева направо (не все вошли в кадр): Лейтенант Джаффрей, маркграф Мансфельд, лейтенант Берг (Цикада), лейтенант Кин, Сабрина Глессвиг, барон Инбир.

 

Далее мы рассматривали вопросы внешней политики.

Главнокомандующий поставил на обсуждение вопрос об отношениях с нильфами. Вроде бы они предложили ему союз.

После проработки вопроса, члены Совета порешили, что полностью отбрасывать предложение Империи не стоит, но это – на самый крайний лучай. Потому что вместе с Каэдвеном сломать королевства Нордлингов для Империи (а у нее ведь будут и другие союзники) не составит особого труда. Но что помешает после нильфгаардскому маршалу Коегоорну расправиться с нами? И сожалеть о предателях не станет никто. «Раскаяние тогда будет ни к чему».

Обсуждалась также эльфийская проблема. Изначально (еще до игры) мы предполагали не провоцировать ближайших к Каэдвену скотоелей на конфликт. Однако, поскольку выяснилось, что у всех эльфийских партизанских бригад есть общий координатор Алукард, успех сепаратных переговоров выглядел сомнительно.

 

Алукард со товарищи.

 

Я предложил графу (начальнику полиции) поделиться разведывательной информацией с Главнокомандующим (канцлер, таким образом, начал свою работу координатора). Джим Хокинс сообщил, что у него есть свои люди в Аэдирне, и что неплохо бы оторвать от последнего Дол Блатнат, сделам там самостоятельное королевство для эльфов Франчески Финдабайр, за что последняя, по гроб благодарная, станет верным союзником.

Новоиспеченный канцлер на это ответствовал, что, по словам Макиавелли «легче отомстить за малое зло, чем за большое». То есть, просто отобрав у Демавенда Дол Блатнат, мы получим в лице Аэдирна соседа-врага, да еще приобретем дурную репутацию в глазах остальных королевств. Лучше причинить королю Демавенду «большое зло» - ликвидировав его, а Аэдирн целиком присоединить к Каэдвену. По возможности бескровно и быстро, поставив остальные локации перед свершившимся фактом.

Надежду на подобный исход операции барону Эохану давало и то обстоятельство, что (согласно его собственной информации) Аэдирн был изначально слаб (недозаезд), а половину его жителей составляли пираты-скеллинги, чья локация была накануне игры закрыта. А у нас в Ард Каррайге живет как бы их глава – Ярл Свят.

В общем, решили мы с утречка провести еще одну тренировку боевого состава, а заодно посмотреть, как станут развиваться события на полигоне, и затем (если все будет мирно), взять и аннексировать Аэдирн.

Но события потекли по совершенно иному руслу.

 

Первое, что мы увидели с утра следующего дня – это пару хоругвей скотоелей, которые из своей «тайной» локации во главе с Алукардом строевым маршем направились на юг (как позже стало ясно – для соединения с имперцами).

Далее в Ард Каррайг зачастили послы. Первым пришел человек из Редании и предложил Каэдвену союз от имени герцога Лашареля. Я никак не мог взять в толк, почему не от имени реданского короля? На что посол отвечал как-то маловразумительно (позже мы узнали, что в Редании уже начался бардак и она раскололась на три самостоятельных владения).

Затем поступила информация, что королевство Верден заключило нерушимый союз с Нильфгаардом.

Наконец, в Ард Каррайг прибежала королева Лирии и Ривии Мэва со страшной вестью: ее столица (очень хорошо укрепленная!) и все королевство захвачено имперцами. Пала также Темерия, а Аэдирн в осаде.

Блицкриг, однако.

Но как же это нильфы так все шустро проделали?

Оказалось, не обошлось без магии. Накануне короли, как водится, бухали. В Лирию и Темерию поочередно приходила группа нильфгаардских магов и, под видом танцоров, совершили некие ритуалы, оставив по метке в каждой столице.

Утром же, посредством этих меток, имперцы телепортировали в королевства энное количество своих бронемишок. Во время чиповки этих королевств (!).

Мастеров-то на игре оказалось слишком мало на 1100 душ игроков, вот и не успели они накануне, болезные. Но как же тогда были разрешены штурмы?

 

Королева Лирии и Ривии Мэва собирает армию.

 

Неукротимая Мэва вскоре покинула нас, начав собирать свои войска, рассеянные по полигону. Маркграф же Мансфельд отдал приказ каэдвенской армии перейти в состояние повышенной боеготовности.

Егеря немножко пороптали относительно невыплаты жалованья. А откуда его взять, если уважаемый мастер по экономике не выдал Каэдвену причитающуюся ему казну?

Канцлер, как мог, успокоил недовольных, выплатив им жалованье за цикл из собственных средств.

Сабрина организовала шмон на территории Ард Каррайга на предмет обнаружения подобных меток у нас. Но, вроде бы ничего не нашлось.

Затем барон Инбир попросил Сабрину телепортировать его в Реданию, дабы передать страшную весть тамошнему королю, и попросить двинуться со своей армией на соединение с войсками Каэдвена.

Правда, когда я оказался в Третагоре (столица реданского королевства), оказалось, что король уже на пути к цели. Зато удалось перехватить мастера по экономике Арсения Чинокалова и выбить из него деньги для королевства (и для короля Аэдирна тоже – союзник же!). Заодно узнал, что необходимо заявить дополнительные земельные угодья, которые, после надлежащего оформления, станут приносить доход.

Пока я ходил туда-сюда, (до Третагора было с полчаса ходу), оказалось, что коалиционная армия (бойцов сто!) совершила освободительный поход. Впрочем, сие было не трудно, ибо нильфгаардцы вернулись в свою Цинтру, сняв осаду с Аэдирна и оставив в Лирии полтора десятка эльфов гарнизона, которые были благополучно вырезаны войсками Северного альянса.

На дальнейшие подвиги коалиции не хватило, ибо короли опять решили пить и веселиться (хорошо, что хоть в нашем Каэдвене не было монарха J).

Позже я узнал, что король Редании, уподобившись Моисею, долго водил своих рыцарей куда-то не в ту степь, так что у кого-то железного случился, чуть ли не тепловой удар. После чего король был низложен, однако начал борьбу за трон, усугубив смуту в Редании.

Кроме того, реданский министр полиции Дийкстра (именная роль) в знак протеста взял, да и убился о чей-то кинжал во вторую игровую ночь. А ведь мастера сделали ему роскошный подарок – заготовили агентов в стане врагов и соседей. А я-то еще давеча переживал свою неспособность обзавестись собственными информаторами!

 

Сразу же вернувшись в столицу, Барон Инбир, не откладывая, учредил дополнительное землевладение. К уже имевшимся угодьям – его собственному, графа Джима Хокинса и коллективному участку егерей, можно было прибавить еще пять. Один участок вытребовал себе наш министр финансов. Канцлер, по собственному разумению решил добавить одно угодье егерям, и два – армии (в соответствии с хоругвями).

Забавно, что ребята сперва не могли взять в толк – зачем оно надо, а когда просекли фишку – спросили: «А почему так мало?».

Да, такова горькая участь реформатора, заботящегося о благе государства! Одна надежда на доброе слово потомков.

 

Забегая вперед, скажу, что земельные угодья принесли доход только однажды, а в течение второго цикла были ограблены неизвестными личностями. Ибо уберечь их не было никакой возможности (не держать же в лесу рядом с табличками человека круглосуточно – кто же согласиться на такое?). Да и вообще, гораздо проще было перехватить мастера и вытребовать у него игровые деньги. Благо наш новый мастер по локации Фримен был хорошим парнем, болевшим душой за Каэдвен.

 

Закончив с учреждением землевладения, канцлер задумался – что бы еще такого сделать для родного королевства? Не сходить ли к королям – потолковать насчет союза?

А тут как раз в Ард Каррайг прибыл лирийский посол (милейший человек), в сопровождение трех юных фрейлин. Он сообщил, что эльфы, вместе с коллаборационистами снова попытались захватить Лирию и Ривию, но королева Мэва пресекла оные происки. Еще посол предложил выдать фрейлин замуж за каких-либо именитых каэдвенцев (в целях упрочения отношений между державами). Барон передал эту информацию командирам хоругвей, но те лишь поинтересовались размером приданого J.

Затем канцлер, вместе с парой егерей нанес ответный визит в Лирию, к неукротимой королеве Мэве.

По дороге наш кортеж подвергся нападению "неуязвимых для обычного оружия" монстров. К счастью, некоторую помощь оказали Ведьмак со своей ученицей (Агнар и Маша). Это был один из редких случаев игрового контакта с монстрами и ведьмаками (мы находились с ними в параллельных мирах).

В Лирии уже находился король Аэдирна Демавенд, которого мы накануне собирались прикончить (но об этом – молчок). Теперь Каэдвен, Лирия и Аэдирн оказались в одной лодке – судьба играет человеками J.

 

Король Аэдирна поведал, что пострадал от тайных последователей некоего «культа Львиноголового паука» - они иссушили его руку и пытались произвести государственный переворот в королевстве. Но зловещий культ был пресечен, а заговор - подавлен.

В беседе с Мэвой и Демавендом, решено было утром следующего дня двигать армию Каэдвена на соединение с их войсками для масштабной военной операции. Проблема была, однако, в плохой связи (эх – мобильники бы магам разрешили!).

После общения с высочайшими особами, барон отправился в Вызиму – столицу Темерии. Там происходило бог знает что – король Фольтест якобы покончил жизнь самоубийством, наследовавшая ему дочь якобы пошла лесом на реданский бал (это вечером-то, когда дороги кишат эльфами, разбойниками и, того хуже - монстрами!). Управитель города Ипат Велерад (главный пособник оккупантов) также отсутствовал.

Все, что удалось узнать – это то, что Темерия стала нильфгаардским вассалом.

 

Кабак в Вызиме (Темерия).

 

После дипломатического вояжа барон зашел в знаменитый вызимский кабак – потолкаться среди народа и послушать разговоры (а зачем бы еще?). Ничего особенного узнать не удалось, зато встретил маркграфа Мансфельда с охранником. Посидев с полчаса, решено было отправляться домой. Однако дорогу нам заступил ярл (Свят). «Ребята, посидите здесь еще минут десять – мы на выходе людей режем. Как бы и вас не пришили под горячую руку».

Действительно, время от времени из окружавшего харчевню мрака доносились голоса: «На пороге обнаружен еще один труп… еще два…».

Выждав положенное время, мы втроем вышли на улицу. Тут же вслед за нами метнулись четыре закутанные фигуры с фонариками. Мансфельд дал команду залечь, и враг, потеряв нас из виду, тоже затаился.

В безмолвии прошло минут двадцать – кто кого пересидит. Вдруг из трактира вышли двое. «Мне страшно» - сказала девушка. – «Не бойся – у меня чувство леса. Здесь никого нет».

Девушка присела метров в пяти от канцлера, и…

 

Вскоре мы добрались домой. Более на дороге приключений не было.

 

Образчик монстра.

 

 

Алексей Фанталов.

(Продолжение следует).

 

"Ведьмак. Час презрения" (записки барона Эохана Инбира) 3.

Карта сайта