«Сказки старой Англии».

Отчет об игре МГ "Black Angel".

Часть III

 

 

Вскоре к нам, наконец-то явился Вильгельм Телль (ради дозаключения договора), и уже втроем с ним и Шерифом мы начали обсуждать решение вопроса Шервуда. Договорились начать облаву через пару часов.

В наши переговоры с Шерифом без разрешения (попущением слишком мягкого короля Джона) вмешался Ведьмак, предложив свои услуги, буде в лесу встретятся чудовища.

«Ведьмак! Создание языческое! Как Ваше Величество может допускать его существование в Лондоне?» - изумился Роберт.

«Э, Сэр Шериф, не торопитесь. Не важно, какого цвета кошка – важно, чтобы она ловила мышей».

Мы, кстати, высказали Шерифу претензии, что утром, во время посещения Ноттингема там была задержана женщина из Лондона (впавшая, правда, в беснование), и была местными властями передана в руки инквизиции. Несчастная после была отпущена в Лондон по ходатайству Начальника лондонского ополчения.

Шериф извинился, сославшись на то, что теперь-то он не доверяет отцам-инквизиторам: «Вы видели, Ваше Величество, Верховного Инквизитора, Дарта Вейдера? Это позор христианского мира! Вообразите – он якшается со всякими гномами!».

 

Тут же мы, наконец, закончили подписание договора с локацией Телля. Правда, в начале документа Сэр Джон фигурировал в качестве Принца, а в конце его выступал уже как Король J.

 

 

В общем, государственные заботы совершенно поглотили Короля Джона – в течение полудня он не мог найти времени даже промочить горло.

Наконец, вернулся Сэр Бриан со своими дуболомами, сообщив, что Ричарда нигде нет, и это просто вредная сплетня.

Но Ричард все-таки был.

 

В Лондон прибыл посланник из Аваллона – оруженосец короля Артура. С новостью. Да еще с какой!

«Король Аваллона Артур объявляет вам войну!».

«Сэр Уильям – подойдите, пожалуйста. Нам тут войну объявляют. А по какой причине, позвольте спросить?».

«Король Артур желает поддержать права законного монарха Ричарда Львиное сердце на английском престоле».

«Ричарда? Но мой бедный брат погиб в Крестовом походе. Нам это доподлинно известно. Правда, какие-то самозванцы все время пытаются раздуть искры мятежа. Чтобы пресечь кривотолки и даровать спокойствие нашей исстрадавшейся земле, Мы и вынуждены были совершить обряд коронации. Король Англии – теперь я, Джон».

«Король Аваллона так не считает, он решил поддержать права Ричарда. Но (посол вдруг подмигнул нам со странным видом), есть и другой путь. Многие в Аваллоне недовольны Артуром, он слишком буен, так что, если вы дадите нам четыре монеты, мы купим яду и…».

Но мы с Уильямом подумали, что, вряд ли кто из рыцарей Круглого стола (клуб «Мист»), пойдет против Артура (командира клуба). Может и зря, конечно, Траян – ролевик, и понимает специфику игры.

Вообще-то, проблема соотношения игровых и пожизневых отношений на РИ существует. Для кого-то, ничего не стоит «обмануть и погубить» своего реального друга, если так прописано в квенте, и «игровая мораль позволяет». Кто-то (подобно мне), не станет так поступать, однако не слишком обидится, став жертвой.

А некоторые товарищи воспримут это как вечное оскорбление.

Вот и думай себе.

Король Джон поручил Сэру Уильяму задержать посланника, и Лорд-канцлер ловко выполнил задачу, оглушив и заточив в темницу артуровского оруженосца.

И только лишь он успел управиться, как в ворота снова постучали.

«Откройте, стража! К вам посланник от короля Артура».

Еще один J.

На сей раз нас посетил Сэр Ланселот.

«Что скажете, благородный Сэр?».

«Король Артур предлагает Вашему Величеству мир и союз».

«?!».

Не успели мы с Уильямом переварить эту новость, как стража снова зашумела. У ворот стояла огромная фигура, кутающаяся в черный плащ с капюшоном.

Король Артур – собственной персоной!

 

Начальник стражи тщетно требовал гостя сдать оружие, как было строго заведено у нас в Лондоне.

«Это мой меч Экскалибур, с которым я никогда не расстаюсь».

Джон повелел сделать для высокого гостя исключение (все же, на полигоне было только два короля). Тем более что меч был в ножнах (мы тогда не знали, что Экскалибур одним ударом снимает сразу три хита).

Дорогому гостю, в порядке особого уважения был предложен трон королевы.

«Я расскажу вам о забавном происшествии, король Джон. Недавно ко мне явился некий рыцарь, именующий себя Ричардом Львиное сердце, и просил моей помощи для восстановления своих законных (так он говорил) прав. Перед этим он уже успел заручиться поддержкой молодцев из Шервудского леса.

Я ответил ему, что нет ничего лучше честного поединка. Бог и рыцарский меч рассудят, кому владеть Англией – Ричарду, или Джону. А я, Артур, стану земным гарантом справедливого решения.

Каково же было мое изумление, когда я увидел, что посетитель начал колебаться и просить у меня магической поддержки для боя с Джоном?!

Гневу моему не было предела.

«Ты не Ричард! Тот герой никогда бы не отказался от честного боя.

И, не помня себя от ярости, я зарубил самозванца своим Экскалибуром, а тело бросил троллям, которые обглодали его так, что и не воскресишь».

 

«Ты благороден, Артур» - ответствовал король Джон. Здесь только два подлинных монарха – ты, да я. А все короли – братья, даже если между ними и случаются войны. И, в знак уважения, я хочу сделать тебе подарок.

Вот видишь ты этих двух послов? Один из них, достойный Сэр Ланселот, дожидается тебя на почетном месте. А второй – твой оруженосец, томится в темнице. А знаешь почему? Он подговаривал нас помочь ему в твоем устранении. Дарю же тебе злодея, Артур – делай с ним, что пожелаешь!».

 

Растроганный благородством короля Джона, король Артур предложил немедленно совершить поход на Робина Гуда, поддержавшего самозванца. Поскольку автору этих строк, честно говоря, начали изрядно надоедать бесконечные терки, Правитель Лондона мало что согласился, он решил отправиться на королевскую охоту лично. За весь день Джон ни разу еще не покидал пределы локации.

В поход двинулись Артур, Ланселот, Джон, Сэр Реджинальд и двое наемников из Довера (рольфы). Ребятам еще пуще короля надоело сидеть без настоящего веселого дела.

 

Буквально на бегу к Королю Джону подошел взволнованный Сэр Реджинальд, и стал уговаривать того дать согласие на ликвидацию купца Исаака («с Сэром Уильямом все уже согласовано. Жадный Исаак скупил все наше рыболовецкое предприятие, и душит несчастный Довер поборами…»).

Времени пообщаться с оставшимся в Лондоне Уильямом Лонгчампом не было. К тому же, Правитель чувствовал, что начинаются большие дела. И он проявил некое слабодушие, умыв руки.

 

У Довера к нам присоединились четверо латников Ноттингема во главе с Шерифом. Впрочем, Шериф предложил сделать засаду в лесу, и атаковать молодцев Робина, если те в очередной раз пойдут приступом на город.

 

И тут, как назло, к нам подошли оба Мерлина. И начали уговаривать Артура простить оборванцев из Шервудского леса. И уговорили (ни дна им, ни покрышки!). Весь поход псу под хвост.

 

Черные вороны Аваллона.

 

Король Джон понял, что медлить далее нельзя. Пора принять решение – самое важное на игре.

Сэр Джон был политическим реалистом, думавшим лишь об упрочении своего государства, и о расширении его на максимально обширную территорию.

С точки зрения «реал политик», дальнейшие войны были абсолютно не нужны. Джон на данной игре достиг максимум возможного. Довер, Вильгельм Телль и Ноттингем присягнули ему на верность. Аваллон и, отчасти, Полые холмы установили дипломатические отношения, де факто признав легитимность лондонского Правителя и его новообретенный королевский титул. Робина Гуда заставят это сделать.

До конца игры можно поддерживать игровой баланс, гасить, при помощи Артура мелкие стычки, раздувая щеки от важности.

Но все это будет как-то тухло…

Я видел, что мои наемники из Довера (бойцы Рольфхейма) откровенно скучают. Граф Гильом Дарби (мой приятель Руслан, в первый раз приглашенный на РИ), тоже начал уставать от бесплодных хождений взад-вперед. Сэр Бриан вконец изжарился в своем стегаче.

И тоже самое можно было сказать про многих и многих.

Возможно, все-таки, под маской политичного монарха Нового времени Джона скрывался средневековый маньяк J.

 

И тогда, между обоими королями состоялся пожизневый разговор примерно следующего содержания.

 

Король Джон (Алексей Фанталов): «Траян – давай все-таки вынесем Робина».

Король Артур (Траян): «Леша, пойми, Мерлин мой воспитатель, по игре я должен слушать его».

Король Джон: «Забей».

Король Артур: «Не могу, я ролевик».

Король Джон: «Мои ребята специально везли сюда железо. Они истомились и хотят большой войны. И не только они!».

Король Артур: «Леша – для войны есть маневры, а это РОЛЕВАЯ ИГРА!».

Король Джон: «На маневрах никогда не будет тех возможностей для боевки, что есть на РИ – дипломатия, шпионаж, спецоперации… Ты же помнишь, мы с тобой это много раз обсуждали».

Король Артур: «Ну, давай тогда вынесем Ноттингем».

Король Джон: «Извини, но я не могу этого сделать. Шериф мой союзник, и у меня нет ни малейшего повода, чтобы вот так, ни с того, ни с сего, пойти на него войной. Потом, там всего несколько человек – что же это за цель для наших армий!».

Король Артур: «Тогда давай поддерживать мир на игре».

Король Джон: «Траян, Игра начинает выдыхаться. Мы должны сделать красивый пафосный финал».

Король Артур: «Что ты предлагаешь?».

Король Джон: «Давай закончим сегодняшний день масштабным столкновением двух миров – Людей и Сказок. Лондон, Ноттингем и Вильгельм Телль против Аваллона, Робина Гуда и Полых холмов.

Король Артур: «Ладно. Приходите к нам сами. Мы будем ждать вас».

И Артур величественно удалился.

 

А я передал содержание разговора вышедшему из засады Шерифу и подоспевшему в Довер Теллю.

         Мне важно было заручиться согласием союзников.

  Шериф сразу же загорелся идеей Крестового похода против Мира Сказок. Парень явно отыгрывал религиозного фанатика. Честно говоря, фольклорный материал не создал у вашего покорного слуги образа фанатичного ноттингемского шерифа. Скорее, вырисовывается алчный и жесткий (по современным понятиям, жестокий) местный начальник. Но у людей могут быть разные мнения.

Телль тоже выразил согласие участвовать в акции (я специально переспросил его об этом).

Король Джон предпочел бы атаковать как можно быстрее, но союзники потребовали пару часов на сборы. Решено было все войска стягивать в Лондон.

Джон вернулся в столицу и коротко объявил о грядущем столкновении.

Затем он постарался закончить свои земные дела. Джон извинился перед купцом Томасом и Королевой за то, что, возможно, помешал развитию их игры. Томас ответил, что экономические предприятия, организованные под патронажем Сэра Уильяма только-только начинают приносить серьезные плоды, но объявлять войны и заключать мир – исключительное право монарха.

Джон вспомнил, что Беренгария говорила что-то о воздвигнутом Алтаре победы, будто бы дававшем совершившим соответствующий обряд лишний боевой хит.

На что Королева, в смущении ответила, что Алтарь возведен в честь кельтских богов, и при столкновении с ними не будет действовать. И что она умолчала об этом ранее, не зная, как Джон отнесется к языческой магии.

Более король не принимал посетителей – исключение было сделано лишь для Шерифа, который пришел в Лондон, дабы архиепископ обвенчал его с его возлюбленной (той самой, которую спас Сэр Бриан в первый день игры). Брак с любимой, быть может на пороге смерти – как это романтично!

Ибо поход обещал быть трудным. Крестоносцы располагали семью тяжелыми щитниками Лондона (включая Сэра Реджинальда), четырьмя латниками Ноттингема (не все из них имели щиты), четырьмя же полутяжелыми щитниками Телля (при луке и паре алебард), да десятком легковооруженных бойцов лондонской стражи и ополчения под общим руководством Сэра Уильяма Лонгчампа.

 

При этом несколько бойцов Сэра Уильяма вынуждены были покинуть Игру до начала большой Движухи. И они опросили разрешить им малый подвиг – вынести Инквизицию.

«Отцы-инквизиторы» и их глава, Дарт Вейдер давно были головной болью Лондона и Ноттингема. А их деятельность вызывала все больше вопросов. Как будто торжество людей над Сказками не интересовало Дарта, а добивался он чего-то иного…

А что стоил срыв спектакля, подготовленного театром Шекспира, когда люди Вейдера схватили и предали казни двоих артистов? Погруженный тогда в море забот Правитель проявил слабость и не вмешался в судилище.

Ну, так хотя бы сейчас, Король Джон дал разрешение на операцию. Которая, к слову сказать, была проведена блестяще. Славные бойцы Лондона, под предводительством командира ополчения (Странника), используя пленного орка как наживку, казнили Дарта и некоторых его сподвижников «за ересь».

 

"Шли маги, пара монахов (их представили еретиками), два ведьмака, очень удачно рядом оказались приведения, у которых был свой "зуб" на главного инквизитора (по совместительству Дарт Вейдера), по дороге еще поймали орку и скрутили параличом (закл.). Пришли к башне инквизюков, мол, о, Великий, мы вам еретиков поймали, надо их жечь. Инквизитор присел рядом с оркой, по-моему, чтобы связать, пока заклинание не спало. Тут один из ведьмаков кидает заклинание "стоп-магия", паралич спадает, орка бьет Дарт Вейдера тесаком, тот "опережением" ее убивает, но хит теряет, потому что у орки способность "берсерк" посмертна. В ту же секунду ему в спину кастуют приведения "страх" и маги, всем чем могут. Магия не срабатывает вся, кроме страха. Но этого хватает, чтобы его убить. По мастерской задумке персонаж был фактически невыносимый, поэтому всем был большой сюрприз!)"

 

Но теперь мы недосчитывались нескольких столь нужных нам бойцов. Противостояли же крестоносному воинству десяток рыцарей Круглого стола (многие в латах, но все без щитов), примерно столько же молодцев Шервуда, вооруженных неплохими луками, да полтора десятка троллей, великанов, орков и других обитателей Полых холмов. Последние, в лучшем случае, были защищены декоративным ролевым доспехом, зато имели вдоволь всяких там магических хитов.

 

Бог Нуаду.

 

Ну и девушки, каждая вторая из которых была богиней или ведьмой J.

К тому же, действовать приходилось в условиях неизвестной территории, а о внезапности речи не было. Ибо вся затея носила откровенно рыцарский характер, восходя к джентльменскому соглашению королей.

Тем не менее, предстояла интересная полевая война. Можно было выслать вперед боевое охранение, двинув за ним двинуть колонну щитников, которую в решающий момент постараться развернуть в линию. В лесу не особенно удобно стрелять через гущу веток, к тому же, щиты помогут уберечься от стрел и легкой пехоте. В решающий момент из за спин латников выскочат легкие бойцы Сэра Уильяма, догоняя отбегающих молодцев Робина.

Надежду на победу давали и две алебарды Вильгельма Телля.

 

Но случилось непредвиденное.

Некий Сказочник, с которым я познакомился еще на предигровой стрелке – тот самый пресловутый «Дж.Р.Толкин» J, присутствовал во время судьбоносных переговоров в Довере. И в его воображении разыгралась красочная картина – как все железо, столь кропотливо собираемое Правителем Джоном в течение игры в Лондоне, точно лавина, сорвавшаяся с горы, врывается в Полые холмы, сметая все на своем пути. Как тяжелые рыцарские мечи рубят великанов и орков в ролевых доспехах и вонзаются в прекрасные нежные тела нимф и фей...

Он ведь был ролевик, и, вероятно, ребята в бригах воспринимались им как реконструкторы – представители условно чуждого мира.

А у нас и правда были реконструкторы из Рольфхейма – одному четырнадцать, другому пятнадцать лет.

А о латниках Артура и стрелках Робина, против которых, собственно, и затачивался удар из Лондона, мистер Толкин как-то не подумал.

И он решил спасти Мир Сказок. А орудием должно было послужить зачарованное яблоко, данное ему кельтскими богами и подчиняющее им волю съевших хотя бы кусочек коварного плода…

 

Наконец-то за воротами послышались долгожданные голоса. То был отряд Телля. «А, проходите, дорогие друзья и союзники!» - обрадованно сказал Король. И впервые за все время игры, у вошедших друзей не стали отбирать оружие при входе.

Но что это? Друзья, улыбаясь, зашли в крепость, и начали вдруг рубить ничего не подозревающих воинов Лондона.

К Джону подскочил сын Вильгельма Телля и начал быстро наносить удары мечом. Король стоял ошеломленный, не двигаясь с места.

«Нет, так неинтересно!» - разочарованно протянул юноша. «Добиваю».

Но в этот момент, от шока оправились Сэр Бриан, Уильям Лонгчамп, Гильом Дарби и кое-кто еще (некоторые не без помощи лекаря), и в свою очередь атаковали вероломных гостей. Насколько те были опасны во внезапности, настолько же беспомощны оказались сейчас. И все пали.

Но Король был уже мертв.

И тут, Сэр Джон получил, пожалуй, лучшую награду от членов своей локации. Все граждане Лондона в единодушном порыве отдали Вангелу - библиотекарю Инквизиции, и по совместительству некроманту, свои игровые деньги. Ради совершения красивого обряда оживления короля.

 

 

В принципе, лондонцы могли этого не делать. Миссия короля была выполнена, и он передал командование обороной столицы в надежные руки Сэра Бриана Буагильбера – Вера Охотника.

 

Ваш покорный слуга не умеет делать очень многие вещи. Но зато он отлично видит тех, кто делает их в совершенстве.

Такие люди, как Вер, изнывают в мирное время от скуки, но во время войны – это чистое золото. Он кое-чем напоминает мне древнего китайского героя Хань Синя.

Зычным голосом Сэр Бриан начал отдавать приказы латникам Лондона и Ноттингема, выстраивая их за воротами коридором.

Свой доспех и щит я отдал Лазарю из клуба Польско-литовское копье, понимая, что в его руках они принесут значительно больше пользы.

Сам же Король вышел на последний бой Лондона с саблей, в белой рубахе, брэ и панцершоссах, насмехаясь над инфернальным врагом.

 

О походе  и полевом сражении теперь приходилось забыть. Задача стояла одна – удержаться за стеной Лондона.

 

Основной костяк обороны.

 

Автор этих строк никогда не любил штурмы и осады, и, даже играя в Тотал Вар, старался избегать их. Тем более что, по ролевым правилам, рабочей были только ворота одной стены.

И расположены они не слишком удачно – как бы в низинке, перед которой возвышался холм – неплохое пристанище для многочисленных вражеских лучников.

А у нас их имелось аж целых два. «Всех лучников на стену!» «Обоих?» J

Как в бородатом анекдоте про китайские танки.

 

И вот показались рыцари Круглого стола и обитатели Полых холмов. Их было много. По пути к ним присоединился купец Владимир, вместе с нестойкими обитателями Довера (решившими, видимо, примкнуть к более многочисленной стороне - простолюдинам не знакомо понятие рыцарской чести). И люди Вильгельма Телля также виднелись в толпе – как-то уж слишком быстро вернулись они из Мертвятника.

Вскоре, толпа разразилась радостными криками – это в ее ряды влились лесные молодцы Робина Гуда.

И начался штурм.

 

 

Я недостаточно хорошо помню все подробности боя, который продолжался очень долго. Поправьте меня, если что-то не так.

Волны врагов не раз нахлынут на нашу крепость и откатятся обратно. Ворота будут снесены тараном – и водружены вновь.

Я помню Бриана (Вера), дерзящего врагам. Помню наемницу Илэйн, отчаянно ругающуюся с лондонской стены и пытающуюся мобилизовать немногих колеблющихся на защиту города.

Помню двухметрового гиганта Артура (Траяна), как всегда идущего впереди своей армии в полный рост (что-то из «Властелина колец» J).

Помню голос юноши, пролезшего под нетканку, и ткнувшего кого-то из наших в спину тексталем: «Я ассасин, я могу проходить сквозь стену!».

Помню лондонских магичек, которые, стоя на стене под стрелами противника, отчаянно старались выиграть время, парализуя неприятельских лучников.

Помню славного лучника Джона (моего тезку), пытавшегося давать отпор залпам лесных молодцев, и отказавшегося стрелять по незащищенным головам врагов (чем он снискал всеобщее восхищение).

Когда ворота пали во второй раз, враг мог бы попытаться смести нас просто одним числом. Однако он остановился в нерешительности. Потому что путь перегородила наша Тяжелая Пехота.

Враг атаковывал, и снова отходил. Когда Вер погиб, контратакуя врагов, уже почти взломавших строй лондонцев и ноттингемцев, я взял его шлем и щит, заняв свое место в ряду.

Мой знакомый блангел стукнул меня своим молотом, и получил в ответ тексталем по уху. «Читер!» - вскричал он. «Я бог Нуаду, и мой меч снимает все хиты одним ударом!».

Тут же мы скрестили оружие с Траяном.

«Фанталов, выходи из строя!» - услышал я голос мастера по боевке Зерга. Экскалибур Артура убирает по три хита зараз!».

Я отошел в сторону – ну что с ними поделаешь J.

Впрочем, вскоре и Траян присоединился ко мне. Но в рядах зрителей ему было тяжело находиться. «Нет, я не могу на это смотреть!», восклицал негодующий гигант. К тому времени практически все рыцари Круглого стола пали, атакуя ворота Лондона.

Бородатые лучники Робин Гуда и их безбородые собратья открыли огонь почти в упор, прячась за щитами своих соратников. Но у наших пехотинцев щитов было еще больше, да и хитов немало. Зря что ли люди Лондона и Ноттингема волокли на игру тяжелые доспехи?

«До конца боевого времени остается пятнадцать минут» - объявил Зерг.

Не выдержав, мертвый Траян бросился к своим людям.

«Бейте же их, бейте!».

Покойный король Джон также вернулся на поле боя. Он подбирал валяющиеся щиты, и быстро вручал их еще живым, тут же встававшим на место убитых.

Пали зачисленные на лондонскую службу наемники из Довера (Рольфхейм), до последнего устрашавшие неприятеля. Пали Лазарь и Начальник лондонской стражи. Пал Сэр Уильям Лонгчамп. Но враги так и не смогли прорвать наш щитный строй. Только когда погиб последний щитник, толпа Сказок ворвалась внутрь Лондона, затопляя последние очаги сопротивления.

В Мертвятнике был аншлаг.

 

 

 

«Гэндальф, это наш конец?

Конец? Нет, наш путь не кончается смертью, смерть лишь продолжение пути, очертанная всем... Серая, как дождь, завеса этого мира отдернется, и откроется серебристое окно, и ты увидишь...

Что, что Гэндальф, что увижу?

Белые берега, и за ними далекие зеленые холмы под восходящим солнцем…»

 

Алексей Фанталов.

(Окончание следует).

 

Сказки Старой Англии 4.

Карта сайта