"Вторжение в Пангею" 3.

Ядерный катарсис.

 

 

- А где ваша планета?

- А ее плюкане трансплюкировали.

- А за что?

- А за то, что мы их не успели.

(«Кин-дза-дза»).

 

Яркой противоположностью Милану был Ажнакин. Этот стратег был склонен к риску и старался нападать уже в начальной фазе игры.

Однажды мы играли вчетвером. Я (в центре) – как обычно, за Монтесуму, некий новичок у меня на юге – за немцев, Милан, на востоке – за свою любимую Индию, Ажнакин на севере – за японцев.

Следуя своей обычной стратегии, я решил зачистить тыл, чтобы, в тяжелую годину, никто не ударил в спину. Благо неопытность потенциального противника позволяла надеяться на скорый успех.

Отмобилизовав парочку ягуаров, я перебросил их на южную границу, как вдруг боевая колесница Ажнакина вторглась на мою территорию. Вспыхнула короткая война.

Я решил не менять  намеченные планы (плохо, когда армия ходит туда-сюда) и, в свою очередь, напал на немцев. В городе у меня был прокачанный лучник, и он не подвел. Ажнакинская колесница погибла при штурме Теночтитлана и мы тут же заключил мир. После чего неугомонные японцы атаковали Милана и даже разрушили один его ближайший город. Вскоре, впрочем, и на этом фронте воцарился долгий мир.

Я тем временем, обнаружил, что новичок занимался лишь строительством городов, каковые у него торчали практически без охраны. Поэтому Германия пала почти без боя.

Однако ни на моих старых территориях, ни на вновь приобретенных, не было меди и железа. Оно просматривалось далеко на северо-западе, в сторону Ажнакинских владений. Туда мы и направили поселенца, дабы основать город и закрепить территорию за Ацтекской империей.

Затем я начал торговлю с Ажнакиным. Мы взаимовыгодно обменялись кое-какими гражданскими технологиями, но когда я предложил ему «езду на лошади» в обмен на «»конструирование» (катапульты), он в простоте душевной сказал, что собирается на меня нападать («А то спать уже надо, скучно стало»), и военные знания оставит при себе.

Не сильно страдая, я вышел по спецсвязи на Милана, и на полученные от японцев технологии выменял у Индии таки катапульты. А заодно и провел дипломатическую работу. «Ажнакин собирается атаковать нас. Будем союзниками?» - «Да» - коротко ответствовал Милан.

Через некоторое время две японские армии атаковали меня. Главная ударила по основному ацтекскому территориальному массиву, прикрытому столицей – Теночтитланом. Вторая, действуя на большом удалении, вышла к дальнему городу (где находилось пресловутое железо).

Но, через некоторое время, выполняя обещанное, сильная индийская армия двинулась на японские земли, подрезая коммуникации вторгнувшихся армий.

«Что ты делаешь, злодей! Я же третью армию сформировал против Фанталова. А теперь мне придется ее на тебя перебросить. Ты же мне всю стратегию поломал!».

«Это тебе за мой город» - отрубил Милан.

 Дальше все было просто. Обе армии вторжения были явно недостаточны по мощи и пали под стенами ацтекских городов (видимо, Ажнакину следовало сосредоточиться на одном направлении). Я грозился сурово наказать агрессора, но закончить партию мы не смогли – игра зависла.

В другой раз, мы сыграли с Ажнакиным в современную войну. Он снова сражался за Японию, ваш покорный слуга – за Индию. Последнюю, кстати, я здесь выбрал напрасно, так как индийский фирменный юнит – быстрый рабочий не переступал границы индустриальной эпохи, да и полководческого бонуса фракция не сулила.

Представляя агрессивную манеру игры моего противника, я решил все силы бросить на подготовку к войне, и нанести упреждающий удар.

Поскольку предполагалось атаковать, основной акцент был сделан на создание современных танков. Еще я постарался создать бомбардировочную авиацию (с учетом, что на территории Ажнакина не было алюминия, необходимого для производства продвинутых самолетов).

И, конечно, ядерные ракеты. Мы оба располагали месторождениями урана. Но, в целях получения преимущества, я не разрабатывал собственный Манхэттенский проект, а просто ждал, когда это сделает противник, и, по условиям игры я также смогу производить данное смертоносное оружие.

И, как только накопил достаточное по моим соображениям количество боевых юнитов, я объявил Ажнакину войну.

Позже он поведал, что сам собирался сделать это всего через два хода.

Первым делом, я разбомбил вражеский урановый рудник.

Затем нанес пару ядерных ударов – по столице и провинции неприятеля.

На это Ажнакин немедленно ответил тремя ядерными ударами.

Затем, разбомбив ближайшие вражеские города, я атаковал их танками и, не рассчитывая удержать, немедленно разрушил.

Но дальше…

Дальше дела пошли хуже. С непривычки я не справился с управлением многочисленными юнитами (в условиях, когда таймер был поставлен по уровню «метеор») и индийские танки погибли все на вражеской территории. А на мои земли вторглась армада ажнакинских вертолетов.

Они начали методично, но очень быстро выжигать мои рудники и важнейшие промышленные объекты. Я мочил их БМП, но рудников - таки лишился, потеряв возможность производить продвинутых юнитов. Позже Ажнакин сказал, что мне следовало произвести большее количество именно боевых машин пехоты, дабы иметь возможность прикрыть свою территорию от ударов с воздуха.

А артиллерия оказалась очень слаба в деле обороны от японской бронетехники. Моя Индия капитулировала.

 

В новой игре сражались Милан, Ажнакин и я. Милан выбрал испанцев, Ажнакин англичан, я – монголов. Для поддержания баланса мы добавили инкскую фракцию, руководимую искусственным интеллектом (ИИ).

Англия располагалась, как ей и положено быть, на крайнем западе, Инка в центре, монголы – на востоке, испанцы – на юге.

Я запросил мнение ИИ о Милане – моем наиболее вероятном противнике. «Милан – мелкая сошка, а строит из себя мирового лидера» - ответствовал Уайно Капак.

Не надеясь перещеголять Милана в экономическом соревновании, монголы постарались поскорее атаковать ближайший его южный город. Но силы, выделенные для данной цели, оказались недостаточны, и испанцы не только погубили армию вторжения, но и захватили мой ближайший город.

Я остался, практически без войск. Но Милан предложил мне мир и открытые границы, хотя мог без особого труда покорить всю Монгольскую державу.

Почему он так поступил? Отчасти потому, что не знал точно об отсутствии гарнизонов в моих центрах, при том, что Ажнакин начал войну с инками и было слишком много шансов за скорую победу англичан, руководимых умелым игроком.

Но главное – по своим рыцарским соображениям.

Я, разумеется, ухватился за это предложение.

А Англия, тем временем, все длила войну с инками под руководством ИИ. По секретной спецсвязи, на меня вышел Ажнакин. «Не надо ли чего?» - спросил он. И даровал мне свою технологию (мы тогда еще в играх не отключали опцию, позволяющую державам обмениваться или передавать технологии). «Что-то ты слишком долго возишься с ИИ» - заметил я. «Милан тайно спонсирует его войсками. Нам с тобой надо держаться вместе» - ответил Ажнакин.

И он оказался отличным союзником. В течение всей игры передавал мне технологии (по уровню развития которых он нисколько не уступал Милану), так что я тратил средства только на основание новых городов в целях лучшего освоения моей обширной территории. И, благодаря Ажнакину я создал мощный военный комплекс (как по оригинальной концепции Галковского Англия создала военно-промышленный комплекс СССР, дабы противопоставить его своим врагам – Германии и США).

Милан вскоре заметил стремительное возрождение монгольской военной мощи. «Да ты никак воевать собираешься?». «Что ты Милан, я всего лишь развиваюсь». «Вижу я, как ты развиваешься».

А вскоре в игру зашел Сварген – добрый знакомый Милана, начав играть за инков. Видимо, Милан, в свою очередь, начал передавать свои технологии ему.

Расклад получался следующим. Две сверхдержавы – ажнакинская Англия и милановская Испания располагали каждый своим малым союзником – инками и Монголией (впрочем, последняя оказалась не столь уж малой).

Все это время Милан стремился получить от меня технологии, полученные мной от Ажнакина и бывшие для испанцев пока недоступными. Но не мог же я подвести моего благодетеля!

Исчерпав терпение, Милан объявил мне войну.

Монголы (в лице пушек и гренадеров) немедленно атаковали милановский приграничный город. Но противник успел по хорошим дорогам перебросить туда подкрепления, и моя армия вторжения, как и на заре истории данной игровой реальности, погибла. Стремительным натиском, наступавшие с юга испанцы захватили ближайший монгольский город (Турфан, кажется). Вскоре я вновь остался без войск.

И тогда я взмолился Ажнакину о помощи. В то время англичане усиленно бомбили инков Сваргена атомным оружием. Но мужественный Сварген упорно держал оборону.

«Потерпи немного» - сказал Ажнакин. «Я пока не сформировал современную армию». - «Еще немного, и меня не станет! Нанеси по Милану ядерный удар!». - «Хорошо. Где находятся его войска?».

Где находились в данный момент милановские армии, я не знал. Но зато я располагал картой его территории, которую заполучил во время действия договора об обмене границ. И передал ее Ажнакину.

Тот немедленно объявил Милану войну, начав атомные бомбардировки.

Милон вышел на меня по спецсвязи, предложив мир, и даже посулил вернуть захваченный монгольский город. «Я хочу наказать Ажнакина за дерзость» - объяснил он.

Мне страшно не хотелось заключать сепаратный мир в обход союзника, но что оставалось делать? В противном случае ликвидация Монгольской империи оказывалась вопросом ближайшего времени.

Ажнакин очень обиделся моему поступку. «Мои монголы начали создавать ядерное оружие» - оправдывался я. «Подожди чуть-чуть – мы вновь вступим в войну на твоей стороне».

Но мощные современные армии Милана уже переходили английскую границу. И неожиданно выяснилось, что английская ядерная сверхдержава практически не имеет сухопутной армии!

У Ажнакина был накоплен изрядный ядерный боезапас. Он расшвыривал бомбы направо и налево. «Да ты маньяк какой-то, Ажнакин» - укоризненно сказал Милан.

Его армия и страна, конечно, пострадала от атомных бомбардировок. Но, опираясь на экологические технологии, быстро восстанавливали мощь. А у Ажнакина уже не оставалось времени на формирование наземных войск. Испанцы неуклонно продвигались вглубь английских владений. «Еще никогда я не забирал одной армией столько городов» - смеялся Милан.

«Что ты бездействуешь?!» - вскричал Ажнакин. «Немедленно атакуй испанцев!».

У меня были готовы уже две ракеты. Но я разрывался между союзническими обязательствами, и неким моральным долгом перед Миланом, дважды оставлявшим меня жить. А такая дихотомия – заведомо неверный путь.

И, в порядке компенсации, я нанес два ядерных удара по многострадальным инкам Сваргена.

«Ты хреновый союзник!» – возопил Ажнакин. – «Я же говорил тебе – ударь по Милану!».

Войска последнего методично пожирали территорию Англии. «Да, я проиграл. Но это оттого, что думал не только о себе, но и о других. Тебе этого не понять, Милан!». С этими словами, Ажнакин покинул игру.

Больше я мы не видели его на сервере.

Дальше воевать не было смысла. Хотя моя Монголия и сохранилась в целости, и располагала ядерными ракетами, но в одиночку воевать не было никакой возможности. К тому же, на монгольской территории не было нефти, что делало невозможным производить целый ряд технологичной военной продукции.

И мы завершили игру. Затем я включил музыкальную шкатулку и сел в кресло. Мне было стыдно.

 

(Продолжение следует).

Алексей Фанталов.

 

 

"Вторжение в Пангею" 4.

Меню