"Эпоха огня" 5.

Повесть о сетевой игре.

 

"Генерал".

 

 

И здесь не могу не пофилософствовать на тему войны. Осуждать этот вид человеческой деятельности, конечно, просто. Даже слишком просто. Сложнее выступить с оправдательными доводами.

Я думаю, что если бы в нашей вселенной возможно было бы установление истинной справедливости, тогда война являлась бы безусловным злом.

Но истинная справедливость недостижима (по крайней мере, пока человек не переменится физически). И в мире есть немало зла помимо войны.

Вот представьте себе верхушку общества, которая жестоко угнетает свое население. И задавленные подданные абсолютно бессильны что-либо изменить. Такая ситуация может продолжаться неограниченно долгое время и прекратится только вследствие мощного удара извне.

Вообще интересно посмотреть, что за личности преимущественно осуждают войну: бюрократы, спекулянты, извращенцы всех мастей. Но они же не отказываются от власти над людьми - просто господствовать в своих обществах собираются другими методами. И несут стагнацию и вещи похуже гибели.

Взять хотя бы современную Европу, которая уверенно движется к тепловой смерти. Потому что идея всеобщего уравнивания  (города и деревни, мужчины и женщины и т.д.) энтропийна по самой сути. Ибо мир и его развитие зиждется на перепадах, благодаря которым и существуют сложные структуры. Вот в человеческом организме есть кости и мышцы; мозг и желудок; кровь и лимфа… А если мы все уравняем – получим  некую однородную массу - примитивнее амебы.

Так что война – порождение человеческой культуры, имеющее многоцелевое назначение: ускорение развития; здоровую конкуренцию между различными обществами; волевую, физическую и интеллектуальную закалку их отдельных членов. И, по-видимому, такого явления в животном мире нет, а наиболее похожие на него – противостояния муравейников или крысиных стай, кое в чем существенно отличаются. Ибо, ведутся до полного уничтожения противника.

А в человеческих войнах случаи тотального геноцида крайне редки – и нуждаются в оправдании «неполноценностью расы» или «язычеством». И то, как правило, осуществляются больше на словах, чем на деле.

Здесь не могу не привести интересного исторического примера.

Великие демократические Афины воевали однажды с маленьким греческим городком. Городок тот уже намеревался капитулировать, и послы его предлагали сдачу, прося в обмен лишь гарантии сохранения жизни и свободы побежденных.

На что афиняне гордо ответили: «Победитель получает все. Если бы вы могли одолеть нас, то могли сделать с нами что угодно. Но победа за нами, так что мы сделаем с вами то, что сочтем нужным».

И, захватив городок, афиняне срыли его, а жителей распродали на базарах.

В свою очередь, позднее сами Афины проиграли грандиозную Пелопонесскую войну. И тогда, на конгрессе победителей, представители демократического Коринфа предложили Афины срыть, а афинян продать в рабство. Эту мысль поддержал и представитель олигархических Фив.

Но милитаристская Спарта, чей голос в Пелопонесском союзе имел решающее значение, сказала «нет». И Афины, эта «школа Эллады» были пощажены, хотя и в сильно урезанном виде.

Юмор ситуации состоит в том, что через два – три десятилетия, Фивы начали войну со спартанцами и предложили афинянам союз. Те, естественно, вспомнили фиванцам их предложения на Конгрессе. На что Фивы сказали: «Это не мы – это все коринфяне. А то, что наш представитель поддержал коринфский проект – так по собственной воле, никто ему у нас таких полномочий не предоставлял».

И афиняне заключили с Фивами союз. Так жизнь заставляет нас переступать через обиды, казавшиеся когда-то непрощаемыми.

 

 

Итак, выйдя в большой игровой мир «Эпохи огня» из подернутого ряской лягушатника «Цивилизации4» мы столкнулись с новыми возможностями и вызовами. Особенно много в этом отношении могли дать Ладдер лига и форум цивфанатиков http://www.civfanatics.ru/forum/ .

Признанным авторитетом цивфанатиков был Отче. Просто удивительно, до чего золотая голова у этого парня!

Но и, помимо Отче, там нашлось много отличных игроков, с уровнем, просто недосягаемым для нашего прежнего сообщества.

Хорошие отношения у меня сложились с игроком под ником General.

Здесь как раз поспевал Шестой Сетевой турнир цивфанатиков. Мы с Чуваком и Вованом решили принять в нем участие. Поэтому поединки на турнирных картах (составленных Лешеком Деска – игроком с дружественного польского ресурса) с Генералом – закаленным бойцом в Циву имели для меня особую ценность.

Первую нашу с ним дуэльную игру я выбрал римлян, а Генерал – Индейцев Сидящего быка. Я плохо представлял карту Лешека, и не знал, где находится мой противник (а он был на юге). General прислал мне своего дуболома, который и начал маячить вокруг моего города. Поскольку ходы не были одновременными, мне никак не удавалось поймать его.

Тем не менее, руководствуясь своей изложенной в предыдущих главах стратегией римского развития, я основал второй город на железе и произвел преторианца. Преторианец направился отогнать дуболома от моих ферм, но противник отчего-то подставился под смертельный удар и был прихлопнут подобно надоедливой мухе.

Вдруг с юга, скрытого «туманом войны» появились три «воина-пса» - фирменный юнит Быка, эквивалентный обычному секироносцу, но не требующий для своего производства меди или железа. Эти воины имеют всего четыре единицы силы, но, если их противник – пехотные юниты, получают 100% бонус.

«Псы» подошли к железному городу, где уже появился первый преторианец. Я начал строить второго – но катастрофически не успевал. Второй преторианец также не мог вовремя подойти (Генерал сказал мне после, что нарочно подставил ему своего воина с дубиной, дабы отманить подальше от основного места событий J).

Правда, недавно от Отче мы с Чуваком узнали о возможности ускорять создание юнитов и зданий, жертвуя жителей через механизм рабства, но от волнения сия мудрость как-то вылетела у меня из головы.

Три пса на одного преторианца.

Город пал, игра была сделана.

 

Ну, по одному поединку о мощи противника трудно судить. Я полагал, что потерпел поражение случайно, по недосмотру. Ускорь я рабством третьего претора, и «псы» были бы отброшены либо уничтожены.

Но нет – мы сыграли много новых партий в этот и последующие вечера, и всегда с неизменным успехом Генерала (за исключением неоконченных).

General старался играть разнообразными лидерами и фракциями. Он, как я сумел убедиться, был большой выдумщик. Например, сражаясь ацтеками, прокачал нескольких ягуаров на защиту и ускоренное перемещение в лесу. А так как к северу от моих тогдашних городов был большой лесной массив, то эти ягуары образовали нечто вроде подвижной крепости (Трипуры или Лапуты), быстро перемещавшейся, создававшей неожиданные угрозы и служившей надежным пристанищем для раненых после неудачных атак юнитов.

В другой раз мы играли на еще одной турнирной карте, в центре которой располагалось огромное море. Я готовился двинуться в генеральские владения по побережью, однако изобретательный противник неожиданно высадил десант с галер прямо под стенами моей столицы.

Иногда General старался подразвиться, построить Оракул и Стоунхендж, а уж затем переходил к активным боевым действиям. Иногда – атаковал сразу. Как-то раз он играл за инков и, вместо рабочего и пр. сразу построил штук шесть кечуа (фирменный инкский дубинщик). А я, к стыду своему, не посмотрел на количество (они шли в стеке), будучи уверен, что врагов лишь парочка (вначале игры многие засылают на вражескую территорию дуболомов и лучников). Неожиданная атака оказалась летальной.

Стараясь экономить время не разрабатывая «лишние» технологии, я, открыв медь (пускай и далеко от столицы), ставил там город, и  не думал уже о железе. Однако такой удаленный центр, оказывается, жрал много денег из казны. В одной из игр мимо моего медного города пронеслась армада генеральских «бессмертных» (фирменный юнит Персии). Я терялся в догадках – почему General отказался от штурма, который наверняка был бы успешным? Позже он поведал, что не хотел снимать с вражеской экономики такое финансовое бремя J.

Любовь к изобретательству переходила у Генерала рамки утилитарного стремления выиграть. Однажды он показал модифицированную им карту. Она представляла клетчатую доску, на которой были в шахматном порядке расставлены слоны, конелуки и прочие юниты.

«Жаль, так с компом не сыграешь, он-то все норовит собрать воинов в стеки» - посетовал General.

Сам я всегда был далек от подобных забав, считая их родом чудачества. Но, с другой стороны, эти «чудачества» представляют лишь форму склонности к изобретательству и нестандартным действиям, так важным в жизни и в игре.

Другим очень привлекательным качеством моего нового знакомого, были его доброжелательность, такт при выигрышах и готовность поделиться знаниями об игре. А знал Генерал много. Кстати, он является ведущим рассылки новостей форума «цивфанатиков», где публикует интереснейшие описания турнирных игр.

Забегая вперед, скажу, что в Шестом Сетевом в моду вошло играть за зулусов Шаки («полководца и экспансиониста»). Собственно, надо произносить Чака (так пишут во всех исторических книгах на русском языке). Но переводчики «Цивилизации» знают английское произношение и не знают истории J.

В игре за африканского вождя, пытавшегося в начале 19 века построить империю в Южной Африке и убитого собственными приближенными, опасавшимися приступов его патологической жестокости, цивфанатиков привлекли следующие моменты, выгодные для старта, начинающегося с Древности:

1) звезда полководца (полезная при дуэли);

2) экономически выгодная казарма – икханда;

3) ускоренное на 25% производство рабочего;

4)коронный зулусский юнит – импи.

Импи – это копейщик, перемещающийся также как и монгольский кешик – на две клетки по любому бездорожью.

Копейщики слабы, конечно, для атаки, но при такой мобильности могут быть успешными мародерами, а (в значительном числе) и создавать неожиданную угрозу слабо защищенному городу. К тому же они представляют необоримую преграду набегам вражеской кавалерии.

Кроме того, в сочетании с колесницами либо конными лучниками (в пропорции 1 импи на два лошадиных юнита) образуются весьма эффективные для раннего раша (стремительной атаки) стеки. Ибо конелуки и колесницы удобны для нападений на лучников и секироносцев, а импи защищают их от вражеских всадников и копейщиков. И те и другие мобильны, так как ходят на две клетки.

Получается, что Шака выгоднее Чингиза, ибо кешики последнего не получают адекватного сопровождения со стороны медлительных монгольских копьеносцев, и оттого уязвимы.

 

Отыграв множество партий с гораздо более сильными противниками, я пришел под их влиянием к примерно такому алгоритму развития.

Первый город следует основывать у клетки с пищевым ресурсом (злаки, кукуруза, коровы, свиньи, рис). Изучать вначале надо земледелие (у зулусов, впрочем, оно освоено изначально  - еще один плюс) либо животноводство (по ситуации).

Если противник заведомо далеко (как на дуэльной карте Шестого Сетевого турнира), то вначале надо построить рабочего. Кстати, если неприятель выбрал страну, которой на старте придается не дуболом, а разведчик – можно произвести и второго рабочего.

После животноводства (открывающего, кстати, лошадиный ресурс, такой важный для ведения войны), исследуется «стрельба из лука» - надо же вспомнить и об обороне J. В целях экономии времени, дуболомов на таких больших картах я обычно не строю (если противник не инки с их кечуа).

Далее идут «добыча руды» и «обработка меди». Последняя технология предоставляет возможность перейти к рабовладельческому строю. А рабовладение, как учит нас ot4e, может быть весьма полезно благодаря возможности слейва – то есть жертвованию горожанами для создания юнитов или сооружений. Слейв позволяет быстро увеличить армию в экстренных ситуациях, либо правильно регулировать микроменеджмент – обработку территории (коррелируя соответствие реально обрабатываемых городом клеток с числом его жителей).

Необходимо, естественно, открыть «колесо», для строительства дорог. Весьма полезно «гончарное дело», позволяющее строить дома вокруг города и амбар в нем самом (кстати, экспансионистский трейт Шаки позволяет удваивать скорость строительства амбара). При наличии достаточного количества ферм и пищевых ресурсов города с амбаром растут особенно быстро, что создает удобные возможности для слейва.

Затем – выходим на линию: «письменность» - «математика» - «конструирование» - «деньги».

Но здесь в разумный ход технологического развития вклинивается коварный соблазн Сида Мейера - гонка за Оракулом. Чтобы начать возводить его, надо сперва открыть «мистицизм», а затем «медитацию» или «политеизм» и, наконец, «духовенство».

Оракул, будучи построен, дает право на одну бесплатную технологию – из числа доступных для исследования на данный момент. Генерал, играя против меня в тренировочных партиях, первое время старался брать им «гражданскую службу», дающую право принять парадигму «бюрократии» (увеличивающую приток денег в столице) и, в сочетании с некоторыми другими техами – возможность создавать булавоносцев (с которыми на ранних этапах игры способны потягаться разве что слоны и арбалетчики).

Я первое время пробовал открывать феодализм (после «монархии» и «письменности»).

Типа, скачок из феодализма в социализм (залепы советской идеологии эпохи Зрелого Застоя). Или из палеолита - в постмодернистскую цивилизацию J.

Но, так как «монархия» и сама достаточно долго разрабатываемая технология, то, чтобы не опоздать, решил сдвинуть строительство Оракула в более раннюю эпоху – и стал открывать оракулом «математику», «конструирование», либо «деньги».

Я, правда, до сих пор еще не разобрался – надо ли в дуэлях обязательно строить Оракул (не говоря уже о Стоунхендже и Великой Стене). Не лучше ли основать лишние города, произвести рабочих и начать раннее создание армии?

Конечно, помимо дополнительной технологии Оракул позднее порождает Великого человека, которым удобно «запустить» Золотой век (ходов на восемь, кажется, повышающий производительность и доходы страны). Кроме того, увлекшись ранним расселением и строительством армии, я иногда попадал на дефолт (что особенно плохо до открытия «денег»). То есть, строительство «чудес света» еще и позволяет занять города, до того как границы противоборствующих держав сблизятся, и откроется доступ к более сильным юнитам.

Но, возможно, я оказывался в финансовом кризисе вследствие вышеупомянутого стремления обязательно заполучить медь (чтобы не открывать теху «обработка железа»), каковая часто находилась очень далеко. Надо будет попробовать в таких случаях все-таки заняться железом.

Конечно, не смотря на задачу дуэли, карта для турнира выбирается несколько большего размера. Поэтому нападающий находится в не совсем благоприятной ситуации – идти до врага долго, расходы на передвижение большие, а когда дойдешь – противник может наслейвить солдат (да еще и более продвинутых порой). Провал такого наступления способен привести к проигрышу в игре.

И все же, как показывает опыт, раш иногда неплох. Все же надо будет попробовать не отвлекаться на посторонние предметы, и сосредоточится на одной войне. Но, если нападаешь конями и (или) импи - атака должна быть действительно ранней. И по уровню тогдашнего могущества противника – подавляющей. При таком подходе коли даже и не сумеешь полностью уничтожить врага, то вполне вероятно нанести ему неприемлемый ущерб, отбросив назад, тем самым обеспечив себе победу по очкам либо последующим правильным завоеванием (большой армией с катапультами и т.д.).

Вот, примерно к таким выводам подтолкнул меня опыт игр последних полутора месяцев.

Но сначала был Турнир.

 

(Продолжение следует).

Алексей Фанталов.

 

 

"Эпоха огня" 6.

Меню